“Я думала, мое тело предало меня” – Байлз рассказала, что случилось в Токио

«Чтo-тo былo нe тaк, и мeня этo мучилo»

Aвтoр тeкстa нaзывaeт Симoну Бaйлз супeргeрoeм, рaзвe чтo с мышцaми и кoстями, кoтoрыe инoгдa лoмaются. Нo в пoслeднee врeмя гимнaсткa стрaдaлa oт трaвмы нe физичeскoй, нe oт тoй, кoтoрую мoжнo oпрeдeлить кoмпьютeрнoй тoмoгрaфиeй.

Пoслeдниe гoды, пo признaнию сaмoй гимнaстки, были сaмыми тяжeлыми и в личнoй, и в прoфeссиoнaльнoй жизни. Симoнa eщe в 2018 году рассказала при всем народе о том, что подвергалась сексуальному насилию со стороны бывшего врача сборной США Ларри Нассара. А союз, для которой она завоевывала медали (USA Gymnastics), скрывала его преступления.

«В кои веки было трудно находиться в спортзале психологически, – вспоминает симпатия. – Я два года, с того момента, делать за скольких стало известно о надругательствах Нассара по-над сотнями девушек, а также после публикации отчета, как будто USAG все знала и скрывала, держала в себя эмоции. Я чувствовала себя разбитой, и нежели больше пыталась отключить голос в своей голове, тем звонче он кричал».

Каждый журфикс в течение нескольких месяцев ее живот превратилась в заголовки новостей, где ее название соседствовало с именем Нассара. Она (с)перва-наперво давала автографы маленьким девочкам, а спустя некоторое время шла и давала интервью с обращениями к USAG. В 2019 году, при случае журналисты перед национальным чемпионатом в Канзас-Сити спросили ее, что-что она думает про эту ситуацию с федерацией, возлюбленная со слезами на глазах раскричалась: «У них была одна продукт! И они не смогли нас оградить».

Во время подготовки к Олимпийским играм в Эдо она пошла на психотерапию. Байлз вспоминает, яко ко времени начала Игр симпатия сказала своему терапевту, что сделано достаточно окрепла ментально. И уверено села получи и распишись рейс в Токио.

Но на данный раз все было не неведомо зачем, как обычно. Пандемия, ограничения получай передвижения, регулярные тестирования, которые равным образом выводили из равновесия.

«Безвыгодный было ни зрителей, ни родителей. И с психологической точки зрения по сию пору оказалось гораздо сложнее, чем обыденно. Я начала волноваться сразу, как приехала, только уговаривала себя, что все склифосовский хорошо. Но чувство, что фигли-то не так, мучило меня. Фраза тренеров не достигали цели, я понимала их поплоше. Чем дальше, тем больше нервничала. И уж не чувствовала себя так победительно, как должна была».

«Мое трупак не слушало меня»

Проблемы начались уж в квалификации. Она вместе с тренерами пыталась урвать решение, использовали специальное покрытие, для того чтобы Симона чувствовала себя безопасно вот время тренировок, но ничего маловыгодный получилось.

«Я была физически неспособна. Фигли бы мы не придумывали, мое светило не слушало меня. Такого я не видеть как своих ушей не испытывала».

Байлз уважают по (по грибы) то, что она умеет овладеть собой и отступить, когда это действительно что поделаешь. И отступает она редко. Но в оный день, когда она выступала в командном многоборье, возлюбленная сорвала коронный опорный прыжок. «Я сделала один с половиной оборота вместо 2,5, но сие не было технической ошибкой. Я потеряла ориентацию в пространстве. И сие очень опасно. Чудо, что я приземлилась получи и распишись две ноги. Другого человека по прошествии времени такого могли бы вынести возьми носилках. Тогда-то я и сказала тренеру, фигли не могу продолжать».

«Прикиньте, что до 30 лет вам прожили с хорошим зрением, но как-то утром просыпаетесь и понимаете, что ни атрибут не видите. Но вам будто бы, что вы должны продолжать исполнять свою повседневную работу, как кажется у вас еще есть зрение. А вы ослепли! Вот с чем я могу соизмерить случившееся».

Вместе со своими тренерами симпатия разработала альтернативную стратегию, которая в конечном итоге принесет команде США ляпис в команде. «Я подходила к девочкам, обнимала их одну вслед за другой и говорила, что у них хана получился. Они всю жизнь тренировались в (видах этого. Я лично написала Макайле Скиннер, которая поуже на следующее утро должна было уноситься домой в Аризону, что она остается».

Безвыездно ждали, что Байлз в Токио выиграет высшая оценка золотых медалей, и сомнений в том, что-что она поднимется на подиум безлюдный (=малолюдный) единожды, не было ни у кого. «Хотя теперь у меня не было этакий цели. Если вы посмотрите получай все, через что я прошла следовать последние семь лет…», – говорит Байлз и ее штифты наполняются слезами.

«Мне следовало доделать со спортом задолго до Эдо. Тогда, когда Ларри Нассар стал героем новостей. А я не хотела позволить ему купить у меня все, над чем я работала столько полет. Так что я продолжала, пока мои разум и мое тело позволяли ми».

«Я сделала правильный селекция»

Сидя за большим столом в Сенате США, Байлз вторично расплакалась. Начав свое выступление с рассказа о своем значительном вкладе в историю американского спорта, возлюбленная закончила словами о том, что пережила сексуальное палка. «У меня нет сомнений в томище, что обстоятельства, которые привели к насилию и позволили ему простираться, являются прямым результатом того факта, словно организации, созданные для того, так чтобы заботиться обо мне и защищать меня (как) будто спортсмена, то есть Федерация гимнастики, Олимпийский и Паралимпийский комитеты США, приставки не- справились со своей работой».

Ее стрекотание срывается, и она шепчет: «Извините».

Сима Байлз – на слушаниях в Сенате. Фотокарточка: Graeme Jennings – Pool via CNP/Consolidated News Photos/Global Look Press







Все как рукой сняло почти семь недель с тех пор, как бы Байлз вернулась домой в Хьюстон с Токио. «Я знаю, что сделала строгий выбор. Иногда я уверена в этом, хотя иногда просто убита горем. Наравне будто выпрыгнула из движущегося поезда .Я многое узнала о себя, о своей смелости, стойкости и умении быть в ударе «нет». Сначала казалось, как тело предало меня. Но получи и распишись самом деле оно позаботилось о мне».

«Если ваш брат получили травму, врач может предполагать время выздоровления с точностью до дня. Однако так нельзя сделать, если у вам душевная травма. Я хочу, чтобы патолог сказал мне, когда это закончится. Отчего никто не может мне сего сказать? Мол, может, просто поменяем батарейки и продолжим тогда»?

Сейчас Симона Байлз вернулась к терапии, и понимает, кое-что никто не может поставить ей пора исцеления: «Может, я буду делать над этим в течение 20 планирование. Вернусь ли я в гимнастику? Я не знаю».

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.